Когда я только пошла на обучение телесно-ориентированной психотерапии, на первых модулях мы осваивали базу — как начинать работу с человеком, как вообще входить в процесс. В палсинге для входа и выхода есть «протокол». Условный, с вариациями, некая последовательность шагов, которую хорошо бы соблюсти. И один из таких шагов — вопрос (особенно, если это первая сессия): «Везде ли я могу прикасаться к телу?» Ведь мы не всегда знаем, какие истории принес человек, и здесь очень важна бережность.
Дальше мы стали пробовать друг на друге. В самом начале у меня не получалось от слова совсем (писала об этом в своих заметках с обучения).
Это со стороны палсинг выглядит очень просто: положил руки, покачал человека. А когда сам начинаешь делать, вдруг оказывается, что есть тысяча нюансов: как выстроено свое тело, в каком ты состоянии, подходишь ли ты сам целым и спокойным, или зажатым «головастиком». В этом смысле телесная практика очень напоминает парный танец. На период работы мы становимся немножко сообщающимися сосудами. И тому, кто планирует заниматься телесной работой, приходит разгрести свое, потому что оно становится очень видно — собственные блоки, зажимы, травмы могут ощутимо мешать.
У меня дело пошло, когда в личной терапии мы «соединили» голову с телом. И вместо тысячи «как?» появилась возможность просто брать и делать, опираясь на собственные ощущения. При этом сильное волнение перед каждой сессией или учебной практикой оставалось. Пока в какой-то момент я не нашла свой дополнительный шаг для входа в работу. В момент настройки я стала мысленно спрашивать у тела человека, который передо мною (точнее даже не просто тела, а того целого, что включает в себя и физическое тело): «Можно я к тебе прикоснусь? Пожалуйста, разреши мне сделать работу».
Это может выглядеть странно, ведь человек уже пришел на сессию. Сознанием он уже решил, что хочет этот опыт, готов принять помощь, готов заплатить за нее деньги…
Но ведь в нас много нас, есть еще огромный пласт бессознательного с его разными частями и субличностями (тело в телесно-ориентированной психотерапии — метафора бессознательного), есть наше тело, которое прошло через разное, есть более тонкие наши структуры… И все они, как правило, видели не мало насилия в широком смысле этого слова (даже если не физического, но эмоционального, очень часто — медицинского).
И вопрос мой «Можно к тебе прикоснуться?» — он ведь про уважение, в первую очередь. К пространству другого, к его природе, его истории. Без уважения невозможна Встреча.
Мне кажется, многие из нас голодны по уважению. А тела наши и вовсе… видели его не много. И когда оно не формально, когда вопрос задан и ответ получен, случается работа. Красивая, тонкая, иногда удивительная. Когда присутствуешь при чуде (то самое нуминозное), когда становятся возможными перемены, когда человек светлеет лицом, затихает, выдыхает и ты выдыхаешь рядом, потому что все пространство в этот момент буквально выдыхает и распускает напряжение. И дальше начинается какое-то другое движение.
И потом, когда все заканчивается, мысленно благодаришь тело, что пустило, открылось работе, стало возможным сотрудничество.
В этом месте мы очень близко мировоззрение шаманов, в основе которого уважение ко всем живым существам и умение видеть живое во всем (у всего есть душа, дух). Приветствовать, просить разрешения что-то сделать, благодарить — самая база и основа.
Именно через уважение мы как психологи, помогающие практики можем дать человеку другой опыт (которого, возможно и не было). Опыт доброжелательного, ненасильственного, бережного к границам. Это само по себе бывает целительным. А в телесной психотерапии, когда дистанция минимальная, это и вовсе необходимое условия, чтобы работа стала возможной.
P.S. По-хорошему, это же правило работает для массажа, остеопрактики и вообще любых контактных методов.
