Я потихоньку довариваю очередной цикл текстов про работу с травмой и ее последствиями. Как раз на этой неделе экватор на курсе повышения квалификации «Травмы войны». Очередное эмоционально непростое мое обучение, но очень нужное в текущей реальности. Первый месяц мне было сложно что-то внятное сказать словами, сейчас какие-то вещи уложились. Буду делиться.
Для тех, кто читает меня недавно, оговорюсь, что здесь я пишу о шоковой травме и ее последствиях (это психическая травма, связанная с угрозой жизни и здоровью человека или его близким). Она отличается от травмы развития. Более подробно писала об этом в прошлом октябре.
Весь прошлый год я посвятила исследованию того, каким способом можно шоковую травму закрыть, исцелить. Мои поиски привели меня в телесно-ориентированную психотерапию и в холистический пульсационный массаж (палсинг) как в базу для работы с телом в дополнение к психотерапевтическому процессу.
(Метод ДПДГ (EMDR), который достаточно широко известен как эффективный способ переработки травматического опыта, мне не подошел совершенно. Я его пока не применяю, хотя знаю механику и основные протоколы).
В общем, за прошедшие несколько лет мне удалось прокопать достаточно приличное количество теории и взять в руки хорошие практические инструменты для работы. Получить собственный успешный клиентский опыт. Т.е. я знаю на своей шкурке, как это — жить с травмой, и как это — закрыть ее.
Казалось бы — Happy end. «Жили они долго и счастливо…». Но все, кто вступал в брак знают, что самое интересное начинается после свадьбы)).
Так и здесь. Мы убираем несущую конструкцию, а что остается?
1. Остается, как правило, изрядно порушенное здоровье. Истощенная нервная система, истощенные надпочечники, добрая кучка разных хронических диагнозов.
Хорошая новость в том, что, закрыв травму/травмы, мы хотя бы снижаем стрессовую нагрузку на организм. Но впереди будет достаточно длительный (для кого-то — месяцы, для кого-то — годы) процесс восстановления и реабилитации. Вряд ли оно починится само, будем честны. И в этом месте для меня сейчас большой вопрос, как организовать «режим санатория» в условиях, когда взрослые — это мы. Т.е. у нас дети, работа и приличный список обязательств, которые не бросишь на пол года. При этом очень не хочется кончиться раньше срока.
2. Остается умение «выживать», «воевать» (даже в случае с гражданским ПТСР оно внутри все равно будет обозначаться очень похожими словами и проживаться телесно).
А файлов как жить спокойно, мирно, сыто, размеренно — может не быть вовсе, или эти навыки были надолго забыты за ненадобностью. И это тоже большая и важная задача — освоить новые реакции, как-то иначе расставить приоритеты. Найти свой способ жить по-другому, без бесконечно мигающей красной лампочки внутри.
Тут лучше без иллюзий, что если человека вытащить в мирное и благополучное, он сразу расцветет. Нет. С гораздо большей вероятностью в этом благополучном ему станет невероятно тревожно, местами невыносимо. И он совершенно бессознательно спровоцирует какой-то звездец, просто потому, что как жить и действовать в звездеце ему понятно. А нужно, чтобы стало понятно и безопасно в обыкновенной, скучной, размеренной жизни (не каждый согласится слезть с адреналиновых качелей без очень сильной на то мотивации).
3. Необходимость найти новые смыслы и цели.
Когда у тебя цель «выжить» — тут все предельно понятно. Когда эта задача решена «Все, выжил!», ты вдруг обнаруживаешь себя перед огромным бескрайним полем вариантов. Из которых, какой-то придется выбирать. И придется как-то осмыслять пройденный путь, испытания, боль. Найти свое «зачем» в том, что произошло. Это большая внутренняя работа. Но без нее очень сложно развернуться от травмы к жизни.
Каждый из этих пунктов — большая тема для размышлений, исследования. Буду потихонечку иногда приносить сюда идеи, которые покажутся полезными. А пока продолжаю читать книгу Эдварда Тика «Возвращение воина». Похоже, она будет одной из самых важных книг этого года.
