Много лет назад, на первом курсе журфака, как раз после «антички», мы проходили Средневековую литературу и литературу эпохи Возрождения (в рамках большого четырёхлетнего курса зарубежной литературы). В течение всего семестра читали Шекспира, Рабле (я из тех, кто осилил «Гаргантюа и Пантагрюэль»), «Божественную комедию» Данте и много кого ещё. Что удивительно, из этого периода запомнились мне не Данте, не Шекспир и Петрарка, а стихотворения средневекового французского поэта Франсуа Вийона. Приговоренного в достаточно юном возрасте к повешению, но чудом избежавшего гибели. Его стихи мне очень напомнили произведения русских поэтов Серебряного века. Но на минуточку… он писал в 15-м. В доступе у нас были пара стихотворений. А дальше наш преподаватель рассказала о том, что существует издание 1963 года в лучших переводах Мендельсона и Эренбурга. И если повезёт, можно найти его в букинистических магазинах.
Я захотела найти. Мне повезло примерно через 2 года. Я стала обладательницей заветного томика. Радовалась очень. Примерно в то же время я собрала ещё несколько редких книг, которые долго не переиздавались — Кэндзабуро Оэ, Уильяма Фолкнера, Бориса Виана… Я постепенно читала эти книги, многие из них ложились на полку с избранным и особо ценным.
Прошло несколько лет, я очень спешно переезжала в Москву по работе, часть вещей из съемной квартиры перевозили мои родные. И так случилось, что пакет с самыми ценными книгами забыли. Когда хватились и позвонили хозяевам квартиры, они только развели руками. Книги были утеряны безвозвратно.
Я горевала. Это было «сердце» библиотеки, которую я собирала долгие годы. Потом я смирилась и отпустила.
Прошло много лет, моя библиотека выросла, в основном за счёт нон-фикшн книг. Пока в какой-то момент на подоконнике подъезда я не увидела оставленную в стопке книгу Брэдбери «Вино из одуванчиков». Я тогда с радостью взяла ее себе и перечитывала. Этим летом в Гагарине мне на глаза попался томик Фолкнера, не такого качественного издания, как было у меня когда-то, но там тоже есть рассказ «Полный поворот кругом». И вот наступил октябрь. Я почему-то вспомнила про Франсуа Вийона… и решила поискать на Озон. Там уже есть не мало новых изданий. Все-таки больше 20 лет прошло, многое стало доступней. Да и вообще появилась возможность искать и покупать книги онлайн. И вдруг среди множества обложек я увидела что-то до боли знакомое. Зашла в карточку — оно! Издание 1963 года! Всего один экземпляр.
Сегодня забрала свою покупку. Прислушиваюсь к ощущениям. Этой книге больше 60 лет! Я как будто вернула какую-то важную часть себя, которая стала вроде бы не важна в какой-то момент. Но нет. Я книжный человек, и им останусь. Мне важно листать страницы, чувствовать запах (даже старой книги). И находить опору и радость в том, что некоторые вещи, если они, правда, важны, можно вернуть.
Баллада примет (пер. И. Эренбурга)
Я знаю, кто по-щёгольски одет,
Я знаю, весел кто и кто не в духе,
Я знаю тьму кромешную и свет,
Я знаю — у монаха крест на брюхе,
Я знаю, как трезвонят завирухи,
Я знаю, врут они, в трубу трубя,
Я знаю, свахи кто, кто повитухи,
Я знаю всё, но только не себя.
Я знаю летопись далёких лет,
Я знаю, сколько крох в сухой краюхе,
Я знаю, что у принца на обед,
Я знаю — богачи в тепле и в сухе,
Я знаю, что они бывают глухи,
Я знаю — нет им дела до тебя,
Я знаю все затрещины, все плюхи,
Я знаю всё, но только не себя.
Я знаю, кто работает, кто нет,
Я знаю, как румянятся старухи,
Я знаю много всяческих примет,
Я знаю, как смеются потаскухи,
Я знаю — проведут тебя простухи,
Я знаю — пропадёшь с такой, любя,
Я знаю — пропадают с голодухи,
Я знаю всё, но только не себя.
Я знаю, как на мёд садятся мухи,
Я знаю смерть, что рыщет, всё губя,
Я знаю книги, истины и слухи,
Я знаю всё, но только не себя.
И знаменитое (тоже в пер. И. Эренбурга)
Я — Франсуа — чему не рад!
Увы, ждёт смерть злодея,
И сколько весит этот зад,
Узнает скоро шея.
